Ветераны Афганистана вспомнили военную юность

Встречу ветеранов с учащимися школы района Митино приурочили ко Дню вывода советских войск из Афганистана

Михаил Куликов (слева) / «Москва. Северо-Запад»Михаил Куликов (слева) / «Москва. Северо-Запад»

В митинской школе № 1900 вспомнили важную дату – 15 февраля. В этот день 28 лет назад наши войска были выведены из Афганистана. Театрализованное представление, подготовленное школьниками, посетили сами «афганцы». С этими мужественными людьми пообщался и корреспондент «Москвы. Северо-Запад».

«Мы попали в феодализм»

— В те годы мы говорили, что служим «за речкой». То есть, за Амударьей, за границей. Так говорили, когда нельзя было упоминать про службу в Афганистане, — поясняет мне бывший рядовой, а ныне военный пенсионер, житель Митина Михаил Куликов.

После окончания школы он пошел учиться на военного водителя в ДОСААФ. После «учебки» сразу послали в Афганистан. Ему тогда было 18 лет.

— 22 октября 1983 года мы прилетели на военных самолетах ИЛ-76 в Кабул. Много чего было за два года службы, но этот прилет не забуду никогда. Распахнулся люк – и все стало как в черно-белом телевизоре. Серость, жара и очень много мух, — вспоминает Михаил.

Он стал водителем-механиком бронетранспортера в 80-й разведроте 103-й дивизии ВДВ 350-го полка. Эта рота славилась тем, что ее бойцов посылали на самые сложные операции.

— Через день после прилета мы попали под первый обстрел в городе Пагман. «Духи» обстреляли нас из «зеленки» (это такое укрытие из кустов). Было страшно. Под стук пуль по броне сразу вспомнил маму, папу, бога, родных. К счастью, обошлось без потерь, – говорит бывший военный.

Однако без потерь обходилось не всегда. Гибли товарищи, гибли командиры. Михаил прошел много мест, в том числе ущелье Панджшер. «Долину смерти», главный центр сопротивления душманов.

— Первые два-три боя тяжело, потом привыкаешь. Дивизия располагалась возле Кабульского аэродрома, там стояли цинковые гробы, и я ходил среди них и смотрел, какой из них мой будет. Но миновало, — говорит Куликов. – Мы попали в страну феодального строя. А наркотики там курили даже дети. Выращивали мак, и на это жила вся страна.

Смерть подстерегала бойцов не только от пули. Не менее опасны были тропические и инфекционные болезни.

Кроме того, субтропическая провинция Джелалабад с пальмами и обезьянами отличалась резкими перепадами температур. Днем – сильнейший зной, ночью – холод, бойцы замерзали даже в бушлатах.

Когда Михаил вернулся домой, на «гражданке» ему еще долго казалось, что за каждым углом подстерегает «дух».

Сейчас у него двое детей, двое внуков, один из сыновей тоже служил в ВДВ.

Михаил Куликов награжден медалью за отвагу, другими наградами. Но сам он главной военной наградой считает жизнь.

Бывший десантник пишет стихи, играет на гитаре и гармошке.

Кстати, БТР, на котором служил Михаил, привезли в Кремль в 15-летнюю годовщину вывода войск.

Самолет врезался в гору

Еще один житель Митина, бывший сапер Алексей Бессонов, вошел в Афганистан самым первым.

Он только начал служить срочником в Белоруссии, когда в ноябре 1979 года новобранцев подняли по тревоге и доставили в Чимкент. Там их готовили, после чего 25 декабря погрузили в самолеты.

— В самолете нам объявили пристегнуть магазины к автоматам, что означало боевую готовность. И только тогда сказали, что летим в Афган, — вспоминает Алексей Васильевич.

В Кабуле была челночная посадка – самолеты садились один за другим, не глушили моторы. Бойцы с оружием и оборудованием на себе выскакивали и шли вдоль борта под крыло, чтобы не утянуло в турбину.

— Выбегаю из-под крыла, тащу на себе ящик с патронами, темно, ничего не видно. И вдруг небо озаряет взрыв.

Оказалось, самолет ИЛ-76 с десантниками 350-го полка ВДВ и военной техникой врезался в горный массив Гиндукуша. По одной из версий – летчики не перевели машину на горный уровень. Погибли 37 десантников и девять членов экипажа. Это были первые наши жертвы Афганской войны.

— Затем 27 декабря советские спецподразделения взяли штурмом дворец Амина, Амин был убит. Я ничего этого не знал, мы были простые рядовые – ставили мины и занимались разминированием. Так я прослужил два года.

— Почти все время службы мы жили в палатках в горной местности. Из-за погодных условий вертолеты не часто прилетали. А батальон кормить надо. Приходилось рыбу глушить взрывчаткой. Поднимаешься выше по течению, кидаешь в речную яму взрывчатку, а внизу на перекате ловишь форель и маринку. Маринка – такая рыба, у которой нужно обязательно счищать черный налет на брюхе, иначе можно смертельно отравиться. Но, несмотря на климат, я там даже насморком не болел, — вспоминает сапер. – Но главное – живой вернулся.

После Афгана сапер-разведчик 20 лет проработал в органах, побывал в Чечне…

Обнаружив в тексте ошибку, выделите ее и нажмите Ctrl + Enter