В Институте биофизики на Берзарина готовили к полету в Космос обезьян

Обезьян собирались отправить в космос перед Юрием Гагариным

В Институте биофизики на Берзарина готовили к полету в Космос обезьян / Фото: «РИА новости»В Институте биофизики на Берзарина готовили к полету в Космос обезьян / Фото: «РИА новости»

Сегодня страна в очередной раз отмечает День космонавтики. Приложили руку к освоению межпланетного пространства и учёные нашего округа.

Удобства  во дворе

Фаина Белецкая с родителями поселилась  на 10-й улице Октябрьского поля в 1953 году. Теперь это улица Берзарина.

— Сначала жили в бараке — дровяная плита, туалет во дворе,  вода из колонки, — вспоминает Фаина Павловна. — Метрах в десяти — забор Курчатовского института.

Она училась школе №702, на нынешней улице Расплетина. Обучение тогда было раздельным, а в  старших классах – платным.

— Рядом была 597-я школа –  мужская, потом нас с ней объединили, а также отменили плату за учебу, — рассказывает Белецкая.

Хотели отправить до Гагарина

В 1957 году семья  переехала в новый кирпичный дом напротив кинотеатра «Волна».  Фаина окончила  школу, поступила в торговый техникум.

— Отучилась, но по специальности работать не пошла: торговля – это не мое. Знакомые посоветовали устроиться лаборантом в Институт биофизики, — говорит она.

Лаборатория,  куда ее определили, занималась обезьянами. Первоначально думали, что непосредственно перед человеком слетает в космос примат.

— Обезьян привезли из питомника в Абхазии, восемь особей, каждая сидела в своем вольере. Питались они лучше, чем мы — бананы, другие фрукты, но тренировались до изнеможения, — вспоминает Фаина Белецкая.

Эксперимент продолжался недолго.  Скоро стало понятно, что обезьяна в космическом  корабле —  слишком дорогое удовольствие.

—  Мы их называли бешеными – все время скачет, прыгает, лезет везде. Посадишь ее в кабину, она там все перебьет и сама ударится. Пробовали их привязывать, но они шебутные, все вокруг в радиусе доступности  разносят. А в клетку посадить обезьяну нельзя – без движения она погибнет, — рассказывает Фаина Павловна.

Так что через некоторое время обезьян вернули в Сухими. А в предстартовый полет — с катапультированием – снова полетела собака – Звездочка. Правда, не одна, а с манекеном «Иваном Иванычем».

К экспериментам с запуском обезьян в космос в нашей стране вернулись только через тридцать лет, в начале 80-х. Тогда всех космонавтов-обезьян пришлось пристегивать или одевать в костюм, ограничивающий  движения.

Жестокие эксперименты с радиацией

Занимались в Институте биофизики и подбором материала  для защиты живых организмов от радиации во время полета.  Надо было понять, из чего эту защиту делать —  алюминия, меди, пластмассы, сплава? Эксперимент получился жестоким.

-Не знаю, надо ли все описывать, но ведь мы это для людей делали. Кроме того, иначе не понять, что освоение космоса – это труд и подвиг,  а не просто взяли и полетели, — говорит Фаина Белецкая. — В общем, собаку ставили в деревянный бункер. Лапы, спину, голову закрывали тем или иным защитным материалом — и начинали облучать. Потом собаку отводили в виварий и каждые три часа наблюдали, что меняется. У одной собаки может появиться рвота, у другой — понос, у третьей — кровь. Еще одна лежит — не встает, у этой шерсть свалялась, а вот эта вроде ничего – значит, защита  правильная…

Тренажёра-центрифуги еще не было

Иногда научные сотрудники и инженеры Института биофизики — Фаина к тому времени уже закончила  вуз – и сами выступали в роли подопытных кроликов. Дело касалось, в частности, подготовки к перегрузкам  при взлете и посадке.

— Тренажера-центрифуги тогда еще не было. Просто сколотили длинную лестницу, нас бинтами к ней приматывают и начинают раскручивать, — рассказывает участница экспериментов. — Остановят, измерят все показания – и  крутись снова.

Еще Фаине Павловне запомнился эксперимент со скафандром:

— В институте была котельная. Когда здание перевели на газ, глубокий бункер, где лежал уголь, освободился. Его заполнили водой. На нас надевали герметичные  комбинезоны, раскручивали и бросали в воду – сначала на 5-10 минут, потом на полчаса-час.
Кроме давления, температуры и условий для дыхания, проверяли, надежный ли  комбинезон, не пропускает  ли воду…

О радиации все в институте, конечно, знали, но о том, что есть опасность, как-то не думали. Сотрудников  регулярно проверяла врачебная комиссия.

— Я работала в Институте биофизики до 1971 года, и ушла, когда родила второго ребенка, — говорит  Фаина  Белецкая. — Командировок  уж слишком много стало…

Москва. Северо-Запад. №12 (335) апрель 2017

Обнаружив в тексте ошибку, выделите ее и нажмите Ctrl + Enter